Месть княгини Ольги: четыре версии одного конфликта
Что произошло
В 945 году князь Игорь Рюрикович, муж княгини Ольги, был убит древлянами — восточнославянским племенем, которое восстало против киевского княжества. Причиной стал конфликт из-за сбора дополнительной дани. Летопись рассказывает, что древляне пригласили князя на переговоры якобы мирным путём, а затем казнили его.
Это событие стало одним из самых драматичных в истории раннего русского государства.
Спустя год княгиня Ольга начала поход на древлян в 946 году. То, что произошло дальше, летопись описывает четырьмя последовательными актами возмездия. Каждый из них, согласно Повести временных лет (ПВЛ), написанной около 1110–1118 годов в Киеве, был более изощрённым, чем предыдущий.
Первая месть была быстрой. Древляне отправили послов — 20 человек, названных в летописи «лучшими мужами». Ольга якобы позволила им войти в город, а затем приказала закопать их живыми в землю. Вторая месть коснулась нового посольства: знатные люди, купцы и бояре, отправленные древлянами на переговоры, были запертты в бане и сожжены.
Третья месть произошла на поминках — тризне по князю Игорю, где Ольга якобы устроила ночь избиения. Четвёртая и последняя была самой масштабной: при взятии города Искоростеня (современный Коростень) птицы — голуби и воробьи — были отправлены в город с привязанным тутом, который зажгли. Город, по летописи, сгорел, и погибло около 5 тысяч человек.
Прошло более тысячелетия, и историки до сих пор спорят: были ли эти события реальностью или это памятник литературного мастерства древнего книжника?
Что известно точно
Князь Игорь действительно погиб в 945 году. Это подтверждается несколькими источниками и не вызывает сомнений среди исследователей. Ольга, его вдова, правила Киевом в интересах своего малолетнего сына Святослава Игоревича (ок. 938–972). Это также факт, который не оспаривается.
Поход Ольги на древлян начался в 946 году. Летопись содержит описание четырёх отдельных актов возмездия, каждый из которых запечатлен в одних и тех же источниках. Вид птиц, упомянутых в четвёртой мести, — голуби и воробьи. Материал для зажигания был трут.
Однако детали событий записаны с большими подробностями в единственном источнике — в летописной традиции. Никаких современных свидетельств о самих актах мести не найдено. Археологические данные показывают слой пожарища с человеческими костями в городище, датируемый серединой X века (950–955 годы приблизительно), что совпадает с примерным временем событий.
Число жертв третьей мести — при тризне — в летописи не указано точно. Количество послов во второй мести также не конкретизировано. Первая месть описана конкретно: 20 послов. Четвёртая месть упоминает около 5 тысяч человек при сожжении Искоростеня.
Откуда появилась загадка
Сама история дошла до нас через одно единственное окно — текст Повести временных лет, составленный полтысячелетия спустя, в начале XII века. Нестор Печерский, предположительно автор ПВЛ, опирался на более древние материалы, летописные своды и устную традицию. Но как отличить в его записях факт от легенды, передачу от художественного дополнения?
Здесь возникает вторая линия нашего повествования — как менялось мнение людей об этой истории со времени её записи.
В Средние века европейские путешественники и летописцы относились к рассказу об Ольге как к подлинной истории. Легенда о мести была поразительна и запоминаема. Её пересказывали, и с каждым пересказом деталь становилась её собственной, укреплялась в памяти культуры.
Но уже в XIX веке начались первые сомнения. Исследователи заметили, что некоторые элементы истории напоминают архаичные литературные мотивы. Когда в XX веке родилась современная текстология, стало ясно: история четырёх мстей построена с литературной симметрией, что странно для подлинного отчёта о событиях.
Вот главный открытый вопрос: если летописец вымышлял эту историю, откуда он взял такой специфичный и логичный сценарий? Почему именно четыре последовательных акта, а не один мощный удар? На этот вопрос у науки пока нет однозначного ответа.
Что говорят исследователи
Исследователи разделились на несколько позиций, каждая из которых опирается на разные признаки текста.
Один литературовед и медиевист считает, что сюжет о мести — позднейшая вставка в первоначальный текст летописи. Он предположил, что редакторы XI века добавили эту историю как назидание. Аргумент: стилистические особенности текста о мести отличаются от окружающего материала.
Историк-популяризатор полагает, что сюжет о мести составлен из различных текстов разного происхождения. Возможно, летописец комбинировал отрывки из разных сказаний: что-то слышал о реальном конфликте, что-то взял из фольклора, что-то переделал в моральный пример. Это объясняет некоторую композиционную странность истории.
Специалист по герменевтике летописных текстов предположил заимствование сюжета о сожжении из Ветхого Завета. В Библии есть сюжеты о огне, стирающем города и народы. Он мог послужить образцом для летописца, который создавал конечную сцену.
Медиевист сравнивает легенду об Ольге со скандинавскими сказаниями о королеве Сигрид Гордая (X–XI века). И там, и там жестокие, деятельные женщины, добивающиеся справедливости через последовательные акты возмездия. Это наводит на мысль, что образ мстящей княгини был литературным типом своей эпохи.
Некоторые исследователи предполагают, что в трёх первых местях отражены языческие обряды жертвоприношений перед битвой. Закапывание послов, сожжение во время встречи, избиение на поминках — всё это могло быть ритуальными действами, которые летописец трактовал как месть.
Литературовед-медиевист видит в трёх местях элементы языческого похоронного обряда. Может быть, Ольга не мстила, а совершала сложный обряд погребения мужа по старому обычаю, включавший жертвы? Летописец, христианин, переосмыслил языческие действа как акты мести, которые звучали более понятно для его читателей.
Все эти версии соживаются в пространстве одного текста, создавая многослойность интерпретации.
Что остаётся неизвестным
Самое главное неизвестное: произошли ли эти события вообще? Возможна ситуация, когда была реальная военная экспедиция Ольги против древлян, но все четыре мести — плод творчества летописца или пересказчиков. Возможна и противоположная версия: за каждой местью стоял реальный эпизод, но летописец оформил его в литературную форму, добавив симметрию и ясность.
Неизвестно также, каков был масштаб конфликта. Сожжение 5 тысяч человек — цифра огромная для X века. Была ли это преувеличение позднего автора или действительный размер городского поселения?
Неизвестны мотивы древлян при отправке послов: шли ли они на переговоры в добросовестности или это была попытка убить Ольгу? Летопись молчит об этом.
Неизвестно, насколько буквально летописец описывал события, которые видел (если видел), и насколько свободно обращался с материалом предшественников. Это граница между историей как фактом и историей как рассказом, которая редко где оказывается чёткой.
Никогда не будет найдено письменное свидетельство самих древлян — они оставили нам молчание. История записана голосом победителя и приняла его форму.
—
История Ольги показывает, как факт превращается в легенду, а легенда становится историческим свидетельством. На канале «Тайна за фактом» вы найдёте больше таких разборов — где факт и вымысел переплетены так плотно, что даже историки расходятся в интерпретации. Присоединяйтесь, чтобы разобраться в загадках прошлого вместе.